Незаглушаемая Память: 21 Mая и «запреты» на Родине

По мере приближения 21 мая с Родины вновь поступают сообщения о препятствиях и запретах. «Давление» на людей, желающих принять участие в памятных мероприятиях, «предостережения» в полицейских участках, запреты на шествия и различные попытки воспрепятствовать им снова стоят на повестке дня.

Стоит освежить нашу историческую память: историческим постановлением Верховного Совета Кабардино-Балкарской Республики от 7 февраля 1992 года дата 21 мая была официально признана «Днем памяти адыгов (черкесов), погибших в Русско-Кавказской войне». Вслед за этим, в 1994 году Парламент Кабардино-Балкарской Республики, а в 1996 году Государственный Совет – Хасэ Республики Адыгея направили официальные обращения в Государственную Думу России с призывом признать геноцид черкесов.

При внимательном прочтении этих документов открывается предельно ясная истина: у черкесского народа ни на Родине, ни в диаспоре нет враждебности по отношению к какому-либо народу или государству. Цель черкесского народа — «не месть, а справедливость». 21 мая 1864 года — это символическая дата войны, изгнания и великих разрушений. Наше требование предельно ясно: справедливая оценка произошедшего, признание исторической ответственности и проявление уважения к исторической памяти черкесского народа.

Начиная с начала 2010-х годов черкесы на Родине — в Республике Адыгея, Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии — проводили мирные шествия с участием тысяч людей, поминая тех, кто погиб как на войне, так и на дорогах изгнания, и призывая к справедливости. Эти шествия годами проходили без каких-либо эксцессов. Не было ни беспорядков, ни инцидентов, нарушающих общественный порядок.

Однако эта культура мирного поминовения жертв Геноцида и изгнания черкесов (адыгов) в последние годы столкнулась с политикой систематического вытеснения и словно бы «уничтожения». Как мы помним, один из руководителей Международной черкесской ассоциации (МЧА) Мухамед Хафицэ неожиданно выступил с заявлением в духе: «Пора прекратить эти поминовения, этот траур. Разве может траур длиться 150 лет?». Это означало, что на Родине уже ведется подготовка к ограничению мероприятий в рамках «Дня памяти и скорби».

В связи с этим, начиная с 2015 года, мы стали приезжать в Нальчик на 21 мая, чтобы поддержать Родину. Но сначала вмешательство Российской Федерации в войну в Сирии, затем пандемия, а позже война между Российской Федерацией и Украиной усложнили ситуацию, и у тех, кого раздражают мероприятия 21 мая, появилось больше предлогов.

Сначала был введен запрет на традиционное конное шествие и марш, который начинался от вокзала, проходил по проспектам Ленина и Шогенцукова и завершался на площади у памятника «Древо жизни»; людей, собравшихся для поминовения, вытеснили с проезжей части и заставили идти по тротуарам. Это планомерно сужающееся кольцо закономерно вызывает опасный вопрос: не является ли следующей целью ограничить траурные и памятные мероприятия народа лишь официальной государственной церемонией у «Древа жизни» и взять весь процесс поминовения под полный контроль?

К сожалению, аналогичная атмосфера давления наблюдается и в Майкопе. В Республике Адыгея запрещены шествия 21 мая, и историческую боль целого народа пытаются заглушить официальными мероприятиями, запертыми в закрытых залах. Дошло до того, что в прошлом году 21 мая даже присутствие 5-10 молодых людей с черкесскими флагами в городском парке кого-то обеспокоило, и против этих ребят были возбуждены административные дела только за то, что они чтят свою память.

Эти ограничения, начавшиеся несколько лет назад из-за пандемии, сегодня предстают перед нами под новым, безосновательным предлогом. Ссылаясь на решения антитеррористических комиссий республик и текущую политическую ситуацию, перенос первомайских шествий или акции «Бессмертный полк» 9 мая в онлайн-формат преподносится как повод для отмены традиционных памятных мероприятий 21 мая.

Однако этот аргумент таит в себе огромное противоречие. Да, военные или политические шествия, возможно, отменены; но сегодня на Родине и по всей Российской Федерации без каких-либо ограничений продолжаются масштабные концерты, развлекательные мероприятия и фестивали. Утверждать, что условия, не представляющие никакой «угрозы безопасности» для развлечений, внезапно становятся угрозой для памятной церемонии, где люди в черном идут абсолютно мирным шагом, лишено всякой логики.

Правда заключается в том, что наши возможности зависят, в первую очередь, от нас самих, от нашей силы; но законы и условия стран, в которых мы живем, также играют свою роль. Именно поэтому, например, в Турции мы больше не можем массово собираться перед консульствами или представительствами Российской Федерации. Но мы никого за это не виним.

Потому что мы знаем, что практика гражданского общества диаспоры также сталкивается с новой реальностью. В силу межгосударственных дипломатических балансов и международных обычаев наши организации не могут получить разрешение на проведение памятных мероприятий перед консульствами РФ; поэтому нам приходится выражать свой справедливый голос на других площадках в диаспоре.

Так кому же выгодны эти запреты?

Мирные шествия, проходившие годами, никому не причиняли вреда, но этот репрессивный подход и применяемые двойные стандарты порождают обиду и недоверие в черкесском обществе; вольно или невольно сталкивают народ, ищущий свои права, с правоохранительными органами, заставляя людей задумываться: «А не является ли истинной причиной раздражения местных властей то, что число людей, участвующих в мероприятия 21 мая и чтящих свою память, растет с каждым годом?».

Запрет традиционных мероприятий «Черкесский Джегу» на площади Абхазии в Нальчике, попытки втиснуть воодушевление «Дня черкесского флага» в закрытые залы и постепенное сужение общественных пространств создают лишь негативный эффект и напряжение в обществе. Между тем требования черкесского народа предельно ясны, носят гражданский и легитимный характер: беречь свою идентичность и историю, мирно поминать жертв 21 мая, реализовывать свои демократические права и сохранять историческую память.

Это самое естественное и неотъемлемое право черкесского (адыгского) народа.

Хьахъу Нарт

17.05.2026